Наркотики в школе !

Проблемы подростковой наркомании

Растет роль школы и в связи с усилением негативных явлений в молодежной среде. Без активного и умелого участия школы в профилактике социальных болезней труд­но рассчитывать на успех в воспитании здорового, в фи­зическом и нравственном отношении, молодого поколения.

У родителей иногда 2—3 ребенка, часто один, а у учи­теля 100 или более учеников. Напрашивается вопрос: если иные родители не управляются с одним, что же спра­шивать с учителя? Но на то он и учитель, профессионал- воспитатель…

Нами опрошено свыше 400 учителей средних школ, преподавателей колледжей и техникумов. Среди опрошенных примерно четверть мужчин и три четверти женщин. Среди них преподавателей естественных и гуманитарных дисцип­лин, производственного обучения, физкультуры, старшие пионервожатые. 90% имеют своих детей. Опыт работы в школе: до 5 лет — 31%, 6—10 лет— 17%, 11 — 15 лет — 15%, 16—20 лет — 14%, 21—25 лет — 9% и более 25 лет — 14%. Естественно, возраст опрошенных тоже различный: до 20 лет —4%, 21—30 лет — среди женщин 25%, муж­чин — 26%, 31—40 лет, соответственно, 32 и 30%, 41 — 50 лет — 31 и 25% и т. д.

Потребление алкоголя и потребление наркотиков  подростками имеют нечто общее. И в то же время между двумя явлениями немало существенных различий. Поэтому в опросе и в анализе эмпирической информации в одних случаях можно говорить о вопросах, касающихся обеих проблем, а в других случаях надо разделять потребление алкоголя и подростковую наркоманию.

Наш первый вопрос не только первый по порядку, но ключевой: «Известно ли учителю (преподавателю ), что некоторые его ученики потребляют алко­гольные напитки или наркотики?»

Опрошенные учителя и преподаватели единодушно ответили, что все старшеклассники и учащиеся колледжа и техникумов уже знают вкус спиртного и с разной перио­дичностью его потребляют.

Совсем другая оценка о приеме наркотиков. Собственно, по этому поводу было задано два вопроса, во-первых: «Из­вестно ли учителям (преподавателям) , что некоторые учащи­еся принимали наркотики или токсические препараты?» Последовали такие ответы (% к числу опрошенных):

Второй вопрос: «Есть ли среди учащихся системати­чески потребляющие наркотики или токсические вещества?» Дали утвердительный ответ 6% опрошенных, а 45% ответили «нет», остальные — «не знаю». Таким образом, лишь очень немногие преподаватели представляют себе истинное положение вещей, а около половины верят, что регуляр­ных потребителей наркотиков среди их учеников нет. Если вспомнить соответствующую информацию, полученную от самих учащихся, то станет ясно, что, во-первых, это не соответствует действительности и, во-вторых, что по­требляющие наркотики ученики не ошибаются, полагая, что их преподаватели, как правило, «не в курсе».

Половина опрошенных учителей среди причин приема наркотиков подростками поставили на первое место лю­бопытство. Это делает честь их интуиции, поскольку, как отмечалось выше, подростки и сами ссылаются прежде всего на свое любопытство. Любопытство же как причину потребления учащимися алкогольных напитков назвало вдвое меньшее число опрошенных учителей. Думается, что разная оценка этого фактора легко объяснима. Нар­котики находятся под запретом, их принимают тайком, а спиртные напитки, даже после известных запретов и ограничений, все же достаточно доступны, прозаичны, и подростки едва ли не каждый день видят не только изделия алкогольной индустрии, но и потребление этой продукции. Так или иначе, есть основания предполагать, что любо­пытство подростков — один из существенных, может быть, даже главных психологических механизмов, стимулирующих начало приема наркотиков.

Стало привычным повторять слова Маркса о досуге как величайшем богатстве. Следом непременно сетуют на слабость нашей материальной базы досуга и констатируют неумение людей разумно распоряжаться часами от­дыха. Отсюда всего лишь шаг до набившего оскомину вывода насчет возникновения из-за этого пьянства, а теперь и наркомании. Учителя также назвали и в этом и в другом случае эту причину. Третья часть всех учителей (почти поровну мужчины и женщины) считают, что уча­щихся толкает к потреблению спиртных напитков плохая организация досуга в школах, техникумах и ее про­изводное — безделье молодежи.

Неумение использовать досуг как причину наркомании назвала четвертая часть опрошенных учителей-мужчин и пятая часть женщин. Не станем оспаривать наличие такой причины. Но ведь времени, занятого учебой, у учащихся ничуть не меньше, чем свободного. Обязатель­ные для посещения уроки, дополнительные уроки и всякие занятия, выполнение домашних заданий, общественная ра­бота, помощь родителям. Так, может быть, не забывая о досуге, будет более целесообразно основное внимание обратить на трудовую часть дня. Здесь, возможно, обнару­жится больше причин, нежели в досуге, толкающих к алкоголю и наркотикам.

Значительное расхождение наблюдается в оценке вер­сии «не знают последствий потребления». По поводу алкоголя это мнение пятой части опрошенных, и в два раза большее число назвало эту причину применительно к наркотикам. Возможно, и здесь дает о себе знать то, что проблему наркомании замалчивали, скрывали, отда­вали целиком капиталистическому Западу, в итоге осве­домленность о наркомании ничтожная.

Совпало количественное мнение опрошенных (20%) о роковой роли старших ребят, которые «сбили с толку» младших, «уговорили» их попробовать наркотики, алко­голь. Каждый четвертый из опрошенных считает, что ребята потребляют спиртные напитки из подражания взрослым, но лишь единицы относят то же к наркотикам. Такое расхождение представляется вполне логичным. С этим перекликаются в какой-то мере такие оценки: «подражают пьющим героям кинофильмов и книг» (учителя-мужчины 14,4%, женщины — 13,4%), «видели в кино, читали о приеме наркотиков в книге, газете, журнале» (соответственно 14,4 и 7,5%). Семью считают виноватой в распростране­нии наркотического зла всего-навсего 1—2% опрошенных.

И наконец, заметна разница в оценках роли алкоголя и наркотиков в общении: «пытаются с помощью алкоголя облегчить общение в компании» — 27,8 и 27,7%; «прини­мают наркотики для поднятия настроения  — 8,2 и 8,7%.

Родственные связи между алкоголизмом и наркоманией прочны все же не настолько, чтобы превратить две проблемы в одну. Есть специфические аспекты и факторы развития того и другого, которые надо различать. Скажем сначала о потреблении подростками алкоголя. Два наиболее рас­пространенных мнения учителей вместе собрали 100% го­лосов опрошенных: «в стране не велась активная бес­компромиссная борьба с пьянством» и «брали пример с родителей». Есть в России исследователи, отстаивающие концепцию монопричины пьянства: мол, производят алко­голь, отсюда его потребление, пьянство, алкоголизм. Мы не разделяем такого рода облегченное представление об острейшей социальной проблеме. Не одна, не две, а мно­жество разнообразных причин порождают пьянство. Трудно не согласиться с учителями, что серьезнейшим образом сказалась на развитии пьянства, в том числе среди наших юных сограждан, пассивность в борьбе с пьянством и при­мер большей части родителей. Не случайно же дети детса­довского возраста играют в застолье и на полном серьезе чокаются, только без тостов, впрочем, здоровье упоминают

Примыкает к первой оценке еще одна — «у детей, подростков не воспитывалось отрицательное отношение к ал­коголю». Конечно, отсутствие эффективной, регулярной ан­тиалкогольной работы с молодежью было’ в духе времени. Периодически делались широковещательные декларации о борьбе с аморальным поведением в молодежной среде, но дальше слов дело не двигалось, и молодые шли в ногу со старшими по алкогольной тропе. Да и как можно было вырабатывать у молодежи негативное отношение к алкого­лю, когда в семьях (своих, родственников, знакомых) пили, в учреждениях «события» не обходились без засто­лий, выпускные вечера в учебных заведениях также долгие годы проводились не на лимонадной основе. Откуда же могло появиться у молодежи отрицательное отношение к алкогольным напиткам?

Учителя самокритично признают, что антиалкогольная работа и в учебных заведениях велась слабо. Не оправ­дывая учителей, корить их за это тоже трудно. В их учреж­дениях было как по всей стране. Остаться школе, техникуму в стороне в годы алкогольного поветрия было нелегко.

Досуг в учебных заведениях не только был, но и сейчас организован из рук вон плохо. Главное мероприятие — чаще всего дискотека. Но разве на ней свет клином со­шелся и нет других развлечений? Считалось, что досуг тоже за учителями, и это их забота. С этой надуманной обязанностью большинство учителей справлялись неважно. Что же в этом удивительного? Ведь требуют от взрослых и чаще всего не очень, молодых людей, чтобы они организо­вывали игры, веселье, танцы пятнадцатилетним. Но они же совсем другое поколение, некоторые забавы учащихся, в том числе вполне невинные, им кажутся дикими, непо­зволительными. Представляется, что перестанут хулить досуг в школе, техникуме, когда эту работу доверят, без подозрений и излишних опасений, самим ребятам. Именно они должны стать полноправными организаторами досуга без ненужной, назойливой опеки.

К объяснению «хотели казаться взрослыми», а его отметили каждая четвертая учительница и каждый восьмой учитель, надо отнестись с осторожностью. Когда в детсаду малыши играют во взрослых, это игра. А когда восьми­классники, не говоря уже про десятиклассников, потреб­ляют спиртное, то они поступают так не только из под­ражания старшим, но также и потому, что считают себя взрослыми.

Осведомленность учителей об ориентациях, поступках, поведении учащихся имеет, конечно, важное значение, но все же это не более чем полдела, важно еще, какова реакция учителей. Она, как будет дальше показано, неод­нозначна; учителя прибегают к разнообразным мерам воз­действия.

С учеником, потребляющим алкогольные напитки, 2/3 учителей проводят беседу. Именно к этой мере учителя прибегают чаще всего. Более поло­вины преподавателей сочетают такую беседу с посещением семьи ученика. Если это делается деликатно, то такой подход, разумеется, можно только приветствовать.

Свыше 40% опрошенных предпочитают беседовать с родителями в официальной обстановке, для этого вызыва­ют (приглашают) в школу, техникум. Наблюдается характерная деталь: посещают семьи учащихся свыше половины опрошенных учительниц и лишь каждый третий учитель-мужчина, а вот в школу приглашают родителей 60% учителей и в 2 раза меньше учительниц. Правомер­ность приглашения родителей в школу,  техникум не вызывает сомнений, но уверенности в эффективности такой акции нет, беседа в семейной обстановке нам пред­ставляется более предпочтительной. Заметим, что учитель­ницы заняты домашними хлопотами куда больше, чем их коллеги-мужчины, но именно учительницы чаще бывают в семьях учеников. Учителя-мужчины, располагающие большим резервом  свободного времени, предпочитают встречаться с родителями в учебном заведении.

О том, что учителя-мужчины не очень надрываются на ниве антиалкогольного воспитания, можно судить еще по нескольким приметам: учителя в три раза чаще, чем учительницы, сообщают о факте потребления учащимися спиртного в комсомольскую организацию, чаще апеллиру­ют к помощи педагогического совета, чаще обсуждают поступок в классе, группе.

Едва ли можно отрицать силу коллективного воздей­ствия педагогического совета, комсомола, класса (группы), но нам кажется, что все-таки часто она играет не самую благотворную роль.

Следующая глава специально посвящена позиции роди­телей. Но и здесь скажем о них, а также и о том, как, со слов учителей, родители реагируют на то, что их дети время от времени потребляют спиртные напитки. Пусть мнения учителей станут дополнительной информацией для характеристики отношения родителей к этой проблеме. Оценки учителей даем раздельно по полу (% к числу опрошенных):

Неведение к добру, как правило, не ведет. Если многие родители и впрямь не знают, как утверждают учителя, об алкогольных увлечениях своих детей, то о противодействии этому и речи не может быть. Удручает, что некоторые родители не имеют времени на детей.. Страшно беспечны те, правда, немногие родители, которые считают, что обра­щение их детей к спиртному «в порядке вещей». Хорошо, что таковых единицы. Все же большинство родителей, по мнению учителей, запрещают детям потреблять спиртные напитки, не одобряют этого, стараются убедить детей не прикасаться к алкоголю. Таковы версии учителей. В следу­ющей главе мы сможем их проверить.

Представляет двоякий интерес мнение учителей о том, какую позицию лучше всего занимать родителям в антиал­когольном воспитании детей. В. данном случае оценка учителя — это не только «совет» родителям, но и отражение собственной линии поведения. Свыше половины всех оп­рошенных учителей полагают, что главное не в запугива­нии ужасами алкоголизма, не в грозном «запрещаю», а в терпеливом, спокойном разъяснении подростку, сколь опасны «игры» с алкоголем, в воспитании у подростка сознательного внутреннего убеждения, что ни при каких обстоятельствах не следует злоупотреблять спиртным.

Трудно что-либо возразить против мнения учителей, что «надо воспитывать в ребенке трудолюбие, ответствен­ность, целеустремленность, умение вести себя — эти качест­ва уберегут от пьянства». Хотелось лишь заметить, что воспитывать названные качества должны не только роди­тели, но и сами учителя.

Особый интерес представляет мнение учителей о трез­вом образе жизни родителей как факторе воспитания трезвости у их детей. Распределение ответов на вопрос: «Как вы считаете, является ли трезвость родителей обяза­тельным условием трезвости их детей?» — приведено в таб­лице.

Убеждены, что потребление родителями алкоголя очень плохо сказывается на воспитании детей, 70% опрошенных учительниц считают трезвость родителей необходимой предпосылкой трезвости детей две трети опрошенных учительниц; суждения учителей нд сей счет менее катего­ричны, с приведенными выше двумя высказываниями согласны по 50%.

А должен ли учитель быть трезвенником? И как это может сказаться на воспитании учащихся? Вопрос здесь тем более уместен, что сейчас приводились мнения учи­телей по

поводу трезвости родителей. Итак, попросим учителей оглянуться на самих себя.

Распределение ответов на вопрос: «Считаете ли вы, что учитель должен быть трезвенником?» — приведено в таблице.

Сравнивая приведенные ответы учителей с их мнением о трезвости родителей, отдадим должное учителям: к себе они требовательнее, особенно учительницы. Интересно, однако, что при этом третья часть опрошенных (и учи­телей и учительниц) полагает, что за трезвый образ жизни учащиеся будут больше уважать их, но на отношении самих подростков к спиртному это никак не отразится; такое же число опрошенных считает, что трезвость учителей «никак не влияет на учащихся», и только оставшаяся треть думает, что информация об абсолютной трезвости учителя влияет на учащихся «во всех отношениях хо­рошо».

Из приведенных оценок выходит, будто трезвость учи­телей оказывает слабое антиалкогольное влияние на уча­щихся. Но как же это совместить с мнением 70% учителей, что, по их наблюдениям, информация о потреблении учи­телем спиртного плохо или очень плохо влияет на уча­щихся? Только 5% опрошенных считает, что эта информа­ция «никак» не влияет. Здесь явное противоречие, и, думается, все-таки трезвость учителя — серьезный аргумент в антиалкогольном воспитании подростков. В нашей правоте убеждает и то, что на предлагаемый (в анкете) «деликатный» вопрос учеников: «Потребляете ли вы спиртное?» — готовы в этом признаться менее 10% опрошенных. Все остальные намерены это либо отрицать, либо признаваться со всякими оговорками. Приведенные противоречивые ответы учителей по поводу собственной трезвости, на наш взгляд, все же свидетельствуют в пользу трезвости учителей во имя вос­питания учащихся.

Высоко оценивая «что знает, что может» учительский корпус, все же нет оснований считать опрошенных нами учителей экспертами по проблемам наркомании или алкого­лизма. Несправедливо требовать от них исчерпывающего ответа на вопрос о том, как же нам ликвидировать это зло. Даже специалисты — социологи, наркологи, психоло­ги — не дают (и у нас, и за рубежом) спасительного ответа. Но было бы, как нам кажется, упущением не поинтересоваться в интервью с учителями их мнением по поводу методов и форм борьбы с наркоманиями. Разуме­ется, не для того, чтобы во всем с ними согласиться и принять к исполнению, а прежде всего чтобы знать, что они думают. Ведь сами по себе их соображения — это важная информация, хорошая пища для размышлений. Поэтому учителей попросили ответить на вопрос о том, какие меры антиалкогольной работы с молодежью наибо­лее эффективны, какие лучше всего могут помочь антиал­когольному воспитанию школьников.

На первом месте — «пример трезвости родителей» (75% опрошенных). Сюда же можно присовокупить «трез­вость учителей, преподавателей» (35%) и «пропаганду трезвости» (35%). Если бы задали вопрос нам, мы бы тоже поставили на первое место пример трезвости стар­ших, взрослых. Это, на наш взгляд, самое лучшее, что старшие могут сделать для того, чтобы прервать питей­ную эстафету поколений.

«Создание условий для разумного досуга подростков, молодежи» — таково мнение 70% учителей и 55% учитель­ниц. Высоко оценивается значение диспутов с участием специалистов, бесед в школе, техникуме, лекции специалистов. Довольно высокой является оценка в анти­алкогольном воспитании телевидения (40% опрошенных), кинофильмов (35%). Каждый шестой из числа опрошен­ных — за чтений специального антиалкогольного курса в школе, техникуме.

Полезность публикаций в газетах и журналах против пьянства отмечает каждый пятый из опрошенных, пользу от произведений художественной литературы — только каждый десятый, а роль книг и брошюр на антиалкоголь­ные темы отмечает и вовсе лишь каждый двадцатый. Эти оценки — свидетельство невысокой оценки учителями анти­алкогольного печатного слова.

Все названное выше — из области профилактики и воспитания. Вместе с тем в ответах фигурируют также слова: «запрет», «наказание», «ограничение», <<борьба», «ужесточение». Из такого рода мер на первое место поставлено «увеличение наказаний за спаивание несовер­шеннолетних» (45% опрошенных). Далее следуют: «ужесточение наказаний за появление в нетрезвом виде в об­щественном месте» (40%), «решительная борьба с пьянст­вом на производстве» (33%), «запрет продавать спиртное лицам моложе 21 года» (40%), «ужесточение спроса с руководителей за выпивки с подчиненными» (17%). Среди таких мер — назовем их «репрессивными» — опрошенные поставили на последнее место «ограничение места и времени продажи алкоголя» (менее 10%). Значит, и учителя со­знают, что, удлиняя винно-водочные очереди, нельзя уко­ротить путь к абсолютной трезвости.

Никакого энтузиазма не вызывает у опрошенных и повышение цен на алкогольные напитки: одобряют эту меру и считают полезной всего-навсего 3% учителей и 5% учительниц.

Каждый третий из числа опрошенных ратует за откры­тие безалкогольных баров и расширение выпуска безал­когольных напитков.

К сожалению, труд как фактор укрепления здорового образа жизни назвали всего 0,8% опрошенных. Говоря о труде, мы имеем в виду не только учебу, что тоже труд, а трудовую деятельность после учебы. У нас но не прими то. Не одобряют некоторые учителя, стыдятся самой мысли такой родители, не хотят связываться со школьниками руководители предприятий. И совершенно напрасно. Труд украшает не только старших. К тому же труд — источник дохода, заработанного, а не полученного от папы с мамой. Довелось видеть в Канаде девочек, работающих в свобод­ное время в столовой или в музее, чтобы на собственные деньги съездить в Россию. По их словам, все они из обес­печенных семей. Довелось видеть в Финляндии школьников, которые подрабатывают в свободное время, чтобы со­брать деньги на покупку мотоцикла. Десятки миллионов советских телезрителей смотрели летом 1988 г. телемост Москва—Сиэтл (США) и могли услышать от американских школьников, что большинство из них в свободное от учебы время подрабатывают, в том числе чтобы иметь собственный автомобиль. Советский школьник на автомо­биль не заработает, и он это знает, но можно иметь свои, трудом заработанные, пусть и небольшие, деньги. Когда подростки зарабатывают «свои деньги», они вряд ли станут их тратить на алкоголь или наркотики.

Теперь к тому, чем объясняют учителя тягу подростков к наркотикам. Напомним, что уже было на­чиню: любопытство, уговорили другие ребята, дали взрос­лые, ребята не понимают пагубных последствий, видели это в кино, читали, не знают, как использовать досуг, ими мало занимаются родители. Какие еще причины, по мнению учителей, побуждают подростков принимать наркоти­ки или токсические вещества?

«Подростки стремятся получить удовольствие, «словить кайф» — так думает каждый третий опрошенный, при этом среди мужчин 40%, а среди учительниц в два раза меньше. «Ложная романтика, желание приобщиться к чему-то «таинственному», «загадочному» — 15%, «используют нар­котики для настроения» — 10% опрошенных.

Привлекает внимание ответ «не развиты здоровые ин­тересы, нет цели в жизни» — таково мнение каждого третьего из опрошенных.

Представляется логичным объединить созвучные «сле­дуют примеру других ребят» — 23% и «среди подростков прием наркотиков считается престижным занятием» — 12%. Также можно объединить: «было неудобно отказать­ся» — 9% и «заставили» — 16%.

По мнению 6% опрошенных, подростки используют наркотики, чтобы «решить свои проблемы с другим полом».

По мнению немногих учителей, подростки обращаются к наркотикам из-за личных переживаний, неприятностей, трудных жизненных условий, болезни, горя — 2—5% опро­шенных. Наконец, есть подростки, которые, как считают 8% опрошенных, принимают наркотики «просто так, без всякой причины».

Наркотики не алкогольные напитки, в магазине не купишь, в ресторане не подадут, где же учащиеся их добывают?

Распределение ответов на вопрос: «Кто, по вашему мнению, мог впервые предложить вашим учащимся наркотики?» (% к числу опрошенных)

Естественно, что учитель (учительница), узнав так или иначе, что учащийся принимает наркотики или токси­ческие вещества, не занимает позицию невмешательства, а предпринимает какие-то действия.

Распределение ответов на вопрос: «Если есть среди ваших учеников ребята (девочки), которые принимают наркотики или токсические вещества, то как вы, узнав об этом, поступаете?» (% к числу опрошенных)

Часть названных мер заслуживает одобрения, они ра­зумны, необходимы, могут дать хороший результат. Н© некоторые действия учителей вызывают недоумение, и мы к этим мерам относимся скептически. Например, едва ли даст эффект исключение провинившегося из школы или техникума. Что он после такой карательной акции автома­тически прекратит потреблять наркотики? Сомнительно. И чем надлежит заняться исключенному, ведь ему, может быть, еще нет 16 лет? Столь же призрачна польза угрозы «исключим из школы» .

«Выносим административное взыскание» — также мера, не сулящая успеха. Можно вынести выговор за то, что ученик регулярно не делает домашние задания либо время от времени прогуливает, шалит. Но наркотики ведь не шалость, это страшное зло, от которого излечить выгово­ром невозможно. Выгонять из школы или выносить выго­вор — значит не понимать этого или не желать понимать.

Чем раньше родители узнают о том, что их дети попали в беду, тем больше надежды, что удастся их вызволить. Но родители часто не имеют ни малейшего представления, что происходит с детьми. На вопрос: «Если кто-либо из ваших учеников принимает наркотики, знают ли об этом их родители?» — затруднились ответить более 40% опро­шенных учителей. Только 17% опрошенных ответили: «Да, знают».

В связи с этим возникает вопрос: быть может, надо расширить информацию о наркомании? Многие, в том числе и те, кто руководят средствами массовой информации, предостерегают, что с увеличением информированности о нар­котиках будет расти у молодых и желание испытать, что это такое. Надо сказать, ничем, кроме ссылок на интуи­цию, это опасение не подкрепляется.

Представляется правильным мнение, высказанное боль­шинством опрошенных учителей: сокрытие информации, полуправда принесут только вред, открытости и гласности не надо опасаться и в этой сложной социальной проблеме, чем больше будет правды, тем больше пользы.

Нет единодушия среди учителей насчет полезности преподавания в школе, техникуме специального кур­са о вреде алкоголя и наркотиков. За преподавание такого курса — безоговорочно 33%, с оговорками и сомнениями голосуют за такой курс 13%, считают, что такой курс как самостоятельный предмет не нужен И’ лучше включить вопросы этой проблемы в другие предметы: биологию, обществоведение, историю, литературу и т. д., 34%, воз­ражают против введения такого курса 12%, остальные затрудняются ответить. Вот часть, на наш взгляд, наи­более примечательных сомнений учителей по этому поводу: проводить интересные и убедительные уроки на эту тему в большинстве школ не удастся; едва ли можно разра­ботать хорошую программу такого курса и добротное учеб­ное пособие; на этот курс нет времени, дети и так пере­гружены; нет специалистов, которые бы могли квалифи­цированно вести такой курс; непонятно, что можно сооб­щить детям на эту тему такого, чего они сами не знают; лучше этой темы на уроках вообще не касаться, чтобы не провоцировать любопытство детей, интерес к алкоголю и наркотикам.

Важный вопрос касался программы действий, системы мер против наркомании и токсикомании. Этот вопрос был открытым, т. е. опрашиваемые в данном случае произволь­но формулировали свои мнения. Их ответы объединены в близкие по смыслу и приводятся в порядке, отражаю­щем распространенность того или иного мнения опрошен­ных:

Надо улучшить анти-наркотическую пропаганду, больше читать хороших, убедительных лекций.

Улучшить содержание досуга, лучше организовать досуг.

Усилить работу правоохранительных органов, строже наказывать.

Улучшить воспитание в семье и в школе.

Организовать посильный труд в свободное от занятий время.

Необходимо издать более строгие законы против нар­комании.

Должно быть более справедливое и демократическое политическое устройство нашего общества.

Усилить контроль учителей и родителей за поведением учащихся.

Больше использовать средства убеждения и воспита­ния, только в крайних случаях прибегать к наказаниям.

Преодолеть отчуждение между взрослыми и молодежью.

Развивать массовые занятия спортом.

Уничтожить или сократить посевы мака и конопли.

Увлекать детей чем-то, помочь им найти себя.

Улучшить систему лечения.

Не навязывать молодежи силовыми приемами свое мнение, предоставить больше инициативы и свободы юно­шам и девушкам.

Что ж, как говорится, есть над чем задуматься.

Подростковая наркомания – очень важная и болезненная проблема !